[sticky post]Приветствие (нихао)!
Ф С Перлз
psychologist_yu
Меня зовут Адамовский Юрий Михайлович, я практикующий психолог и преподаватель психологии. Среди предметов, которые я преподаю, психология семейных отношений, диагностика и коррекция детско-родительских отношений, гештальт-консультирование, имиджелогия. Много лет занимаюсь индивидуальным и семейным консультированием, принимаю участие в интернет-консультировании, выступаю на телевидении и радио.

Для меня самой важной историей, подтверждающей правильность выбора профессии, оказалась встреча с бывшим пациентом реабилитационного центра, случившаяся в середине нулевых в Останкино. Дело было так: я приехал на запись передачи для ОРТ, меня пригласили в гримерную, где уже была группа девушек модельного вида. Из их разговора стало понятно, что они готовятся к показу новой коллекции известного модельера. Одна девушка пристально смотрела на меня и было немного неловко, мне ее лицо было незнакомо. Она подошла ко мне и спросила: «Юрий Михайлович, Вы меня не помните?» «Увы, нет», — ответил я. Она сказала: «Я — В., проходила лечение в отделении на Студенческой». И только в этот момент я стал припоминать ее черты. Между этой цветущей девушкой и той, разрушенной героином наркоманкой, не было ничего общего, поэтому я и не вспомнил ее. Мне ее история запомнилась еще и тем, что она не могла сидеть на стуле во время групповой и индивидуальной работы. Чтобы провести это время с другими участниками программы требовалась подушка, на которой она могла сидеть. Без подушки сидение на стуле доставляло боль и дискомфорт. Момент был неловкий, на нас все смотрели, а в гримерной было человек 7-8. Да, я вспомнил ее, она так изменилась, похорошела, расцвела. Узнать ее после этих изменений было весьма непросто. «Спасибо, что спасли мне жизнь!» — громко и эмоционально сказала эта прекрасная девушка. «Рад, что произошли такие изменения к лучшему!» — только и смог ответить я.

Сегодня я работаю с самыми разными клиентами. Ко мне приходят для индивидуальных и семейных консультаций, обращаются по вопросам добрачных отношений, решений нормативных и ненормативных кризисов в браке, в детско-родительских отношениях. Обращаются в сложных жизненных обстоятельствах, будь то смерть близкого человека или развод и его последствия. Приходят клиенты с запросом на оказание помощи в личностном росте и преодолении ограничений развития.

Если нужна психологическая помощь и поддержка развития, обращайтесь!

О детях и соцсетях
Ф С Перлз
psychologist_yu
Психиатр против «синего кита»: советы по защите подростков от суицида

Михаил Барышев — о «группах самоубийц» в соцсетях и способах противостоять влиянию на ребенка из интернета

В начале недели «Известия» писали о том, что в соцсетях произошел резкий всплеск активности подростков, подающих сигнал готовности к суициду. Почему дети так легко включаются в смертельную игру, почему у них не срабатывает инстинкт самосохранения и на какие странности в их поведении надо обратить внимание родителям, корреспонденту «Известий» Андрею Филатову рассказал доктор медицинских наук, профессор, врач-психотерапевт и психиатр Михаил Барышев.

— Одна из девочек, которая общалась с куратором «группы смерти», передала нам список заданий на 50 дней, после выполнения которых ей предстояло убить себя. Каким образом эти задания влияют на психику подростков? Начнем с этого: «Проснуться в 4.20 и смотреть страшные видео».

— Это депривация сна (деприва́ция сна — недостаток или полное отсутствие удовлетворения потребности в сне. Может возникнуть как результат расстройств сна, осознанного выбора или принудительно, при пытках и допросах. — «Известия»). Ребенок не выспался, смотрит страшные ролики, это пугает, стресс физиологический накладывается на стресс от увиденного, подавляется защита. Американцы активно используют эту пытку — заключенному не дают спать до 180 часов, разрушая его психику. Здесь же подростка будят в самую глубокую фазу сна и затем велят смотреть страшный контент — это ломает механизмы защиты психики.

— В других заданиях требуют нанести себе порезы или сделать рисунок кита. На первый взгляд в рисунке кита ведь нет ничего опасного?

— Это акт принятия в сообщество и обет послушания жертвы. Если ребенок этого не сделает, то его отвергнут. Он уже отвержен родителями, как ему кажется, и он боится снова оказаться ненужным. Жертва должна доказать свою покорность, куратор отбраковывает ненужных. Социальный инстинкт заставляет ребенка соответствовать критериям сообщества.

— «Пойти на крышу и стоять на краю». Это делается, чтобы ребенок поборол страх смерти?

— Нет, это не борьба со страхом, как говорит куратор, манипулируя смыслами. Это демонстрация покорности ему.

— А «весь день смотреть страшные видео»?

— Кураторы снижают чувствительность к неприятным картинкам и снимают барьеры восприятия.

— Еще одно задание вообще выглядит безобидно — слушать присылаемую куратором музыку.

— Музыка «медитативная» — тут и ореол тайны, и продолжение подчинения воле куратора. Происходит отъем индивидуальности, подавление воли ребенка. Причинение боли, вопросы интимного характера, шантаж — это тоже проверка на доверие, то есть манипуляция и подавление. Итог — дата смерти и смирение с ней. Ребенок уже готов. Все задания повторяются по многу раз и дублируются. Повторение и повторение — вот что нужно манипулятору. И все задания обязательно с нарушением сна.

— Неужели кураторы сами придумывают такие задания? Ведь тут явно нужны знания подростковой психологии. Хотя бы азы.

— Нет, эта система разработана не ими, она разработана людьми посерьезней. Кураторы — это пешки, которые оттачивают методику работы с населением. Кто-то заготовил для них эти методички и шаблоны по обработке сознания. Массив вовлекаемых детей за одну сессию — 800–850 человек, и если они доведут до конца хотя бы 10%, то это огромная трагедия, которую будут использовать и в политических целях. Это уже угроза для национальной безопасности. Выжившие дети будут заражены недоверием к людям, к стране. Потом техника воздействия будет применена и для кодирования людей на те или иные программы поведения.

— Что движет жертвой? Почему она ищет контакта с куратором?

— Жертва не ощущает себя жертвой. Как правило, в эти смертельные игры играют подростки от 11 лет и старше. Что это за дети? Как правило, брошенные, они родителям неинтересны. И не имеет значения ни социальное положение, ни доход семьи. В силу своей работы я нередко сталкиваюсь с обеспеченными и успешными семьями, в которых дети — брошенные. А ребенок ищет внимания к себе, ищет любви. Что делают родители, если нет времени на воспитание? Они откупаются от ребенка. Нужен новый телефон? На. Машина? На. Вариантов много. Но нельзя купить любовь, можно только избаловать.

— И чаще брошенными оказываются именно подростки?

— В нашей стране почему-то так происходит: ребенок опекаем родителями до 6–7 лет очень тщательно, но в подростковый период и после родители считают, что он уже вырос и о нем заботиться не надо. От него начинают откупаться.

А подросток осознает себя как личность, он хочет понимания. Любви как к личности со стороны значимых для него людей. Если любви нет, то он трактует это иначе, чем мы, взрослые. Он делает вывод — я плохой. Он не может понять, что родители заняты и им не до него. Он не нужен — значит плохой. Что-то в нем не так.

— И ищет понимания на стороне?

— Да. Ребенок начинает искать кого-то, кто его поймет. Если в этот момент он найдет «группу смерти», где его примут, а еще и посвятят в тайну… А ведь самая большая тайна — это смерть. Никто подростку сразу не будет говорить о суициде, даже «попытаются отговорить», если он сам заведет об этом разговор.

— Понимает ли ребенок, вступающий в такие игры, что это путь в один конец? Что возврата не будет?

— Нет. Поэтому мы и говорим — ребенок! Это человек, который не способен оценивать свои поступки и нести за них ответственность. Ребенок не понимает этой игры, его легко обмануть. Ему достаточно «дать согласие», а дальше идет отбор. От куратора зависит, доведет ли он подростка до конца. А «группа смерти» создаст «ореол героя», дошедшего до конца и не струсившего.

— Кто такие эти кураторы? И что ими движет?

— Здесь похожий принцип — как выбирают детей, так отбирают и кураторов. Кто-то сам начинал играть в эти игры, а кто-то уже был приглашен. Я полагаю, это люди до 30 лет, разбираются в интернете, имеют некие заготовки для фактического подкрепления своих слов. Схематичный психологический портрет куратора мне представляется следующим. Это молодой человек, неуверенный в себе в «офлайне». Он не имеет каких-либо значимых успехов на социальном поприще. Не востребован, никому не нужен. У него была некая личностная трагедия. Либо он неинтересен девушкам, либо был брошен любимой.

Кураторы — это люди, находящиеся в состоянии психического нездоровья, хотят отмстить миру за свою ущербность, они хотят наказать общество, продемонстрировать свою значимость, свою силу, власть. Они хотят известности в своем кругу, им нужно признание. Они боятся ответственности и пока это их тайная власть. Они упиваются ею. Им нравится полученная абсолютная власть над ребенком.

— То есть это не способ заработка?

— Для куратора денежный вопрос вторичен, первично желание власти и признания. Даже те, кого арестовали и показали по ТВ, — это люди скромного достатка, но очень тщеславные. И свою минуту славы они получили. А денег здесь заработать нельзя. Кураторы могут только получить оплату своих услуг. Те, кто создает или оплачивает подобные «сети кураторов», не заинтересованы в финансовой отдаче. Рентабельность для них не в денежных знаках, тут дивиденды иного характера. Взять, к примеру, двух граждан Украины, которые были выявлены и изобличены в доведении в 2015 году детей России до самоубийства, — вот у них четко прослеживается цель не заработать, а убить детей врага.

— Могут ли родители оградить своих детей от такой системной работы?

— Если родители не занимаются своим ребенком, то они не смогут ему помочь. Необходимо совместное времяпрепровождение, знание интересов ребенка. У него не должно быть свободного времени. Мозг ребенка умеет только учиться, и задача родителей — учить. Я не слышал и не видел случаев общения с кураторами детей из спортивных спецшкол. И причина проста — ребенок живет по определенному расписанию и ему о глупостях думать некогда. Он живет полноценной жизнью. Но на это нужны деньги, так как бесплатных спортивных секций почти не осталось.

— А как заметить симптомы?

— Достаточно просто: ребенок встает в нестандартное время, врет, замыкается, на теле имеются порезы, изменяются поведенческие реакции, наблюдается заторможенность, смена интересов. Если заметили, что-то из перечисленного — надо срочно выключить компьютер, отобрать смартфон, обратиться в правоохранительные органы, общественные организации и к психологам.

— А государство и общество должны как-то вмешаться?

— Да, всё вешать на родителей — это неправильно. Мы видим, что «группы смерти» — это система, направленная на подрыв устоев общества. А это уже вопрос безопасности. Здесь и само общество должно идти навстречу безопасности детей. До недавнего времени представитель одной из российских соцсетей весьма высокомерно заявлял, что это не их задача. Потому что у них нет денег мониторить подобную деятельность. Но западные социальные сети моментально блокируют подобную активность. На руку преступникам и наша традиция не сотрудничать с государством. А ведь действие куратора — это сознательная работа, это киберпреступление.

Если государство и общество не объединятся по этому вопросу, то количество жертв будет расти. Трудности в экономике, безработица — всё это будет выталкивать людей из нормальной жизни и подвергать детей риску столкнуться с куратором из «смертельной группы». Проблема отработки подобных технологий с населением — это метод гибридной войны. Это «война», где фронта нет и задействованы все. Надо понять, что это системный процесс и необходим системный ответ на эту угрозу.

Ссылка: http://izvestia.ru/news/665128#ixzz4Z2CjSroA

Лучше поздно, чем никогда.
Ф С Перлз
psychologist_yu
В России разработали новое лекарство от наркозависимости.
Специальные антитела блокируют эйфорию от героина.


Российские ученые разработали молекулу, которая блокирует удовольствие от наркотиков. К 2023 году она может стать основой первого отечественного лекарства от наркозависимости.

Новый препарат, по сути, — не наркотический аналог морфина. После его введения в кровь организм начинает вырабатывать антитела, которые препятствуют проникновению наркотических веществ в мозг. Пациент не получает удовольствия от принятого наркотика, и, как утверждают ученые, теряет мотивацию к его употреблению. Разработчики утверждают, что препарат будет эффективен при борьбе с опиоидной зависимостью: героином, морфином, дезоморфином. Лечение займет 1–2 года.

— Существующие препараты излечивают всего 10–30% наркоманов и имеют много побочных эффектов, — рассказала руководитель команды разработчиков, заведующая лабораторией Института физиологически активных веществ РАН Марина Мягкова. — Наше лекарство — для противорецидивного лечения, чтобы человек после детоксикации не начал употреблять наркотики вновь. Если он не будет испытывать удовольствия, то он откажется от наркотиков.

Теоретически лекарство можно использовать и для профилактики попадания в зависимость — например, среди подростков. Но, по словам ученых, этот вопрос можно обсуждать только после клинических испытаний, когда будет ясно, какими побочными эффектами обладает будущее лекарство. Доклинические испытания — на животных — начнутся в этом году. Если они пройдут успешно, можно будет перейти к клиническим — на людях.

— В первую очередь наши разработки предназначены для больных людей. О профилактике можно будет говорить позднее. Неизвестно, какая позиция здесь будет у Минздрава, — сказала Марина Мягкова.

Как рассказал «Известиям» врач-нарколог, профессор кафедры психиатрии и медицинской психологии СПбГУ Алексей Егоров, сейчас в России наркозависимость лечат иностранными препаратами, а российских пока нет. По его словам, на лечение соглашается лишь около 5% больных.

— В мире больше используется «замещающая терапия» — тяжелые наркотики заменяют более легким метадоном, но в нашей стране такой способ лечения запрещен. Для лечения зависимости у нас используют американский препарат налтрексон, — говорит Алексей Егоров. — Первый этап лечения — детоксикация, а затем применяют налтрексон, психотерапию и так далее.

По его словам, налтрексон аналогичен тому препарату, который готовятся испытывать в Институте физиологически активных веществ.

Главный психиатр-нарколог Минздрава России и директор Московского научно-практического центра наркологии Евгений Брюн подтвердил, что российских лекарств для борьбы с наркозависимостью сейчас нет.

— Сложно говорить о перспективах лечения, патогенез наркотический зависимости пока до конца не изучен, лечение этой болезни всегда индивидуально, — объяснил Евгений Брюн. — Вообще в России сейчас сокращается количество героиновых наркоманов благодаря профилактической деятельности. При прохождении полной программы реабилитации выздоровление наступает в 50% случаев. Нельзя сказать, какие методы наиболее эффективны, это многоэтапная работа.

В России, по данным Минздрава, около 600 тыс. зарегистрированных наркоманов. В ФСКН говорили о 4–7 млн, оценивая количество неучтенных потребителей наркотиков.

— По данным НИИ наркологии при Минздраве РФ, в 2015 году на учете состояло 545 тыс. человек, из них 312 тыс. имели зависимость от опиоидов, — сообщил Алексей Егоров.

Сейчас проект проходит доработку в программе развития технологического бизнеса GenerationS от государственного фонда фондов Российская венчурная компания (РВК). Эксперты GenerationS помогут ученым разработать опытный образец для доклинических исследований и наладить бизнес-модель для дальнейшего производства и продажи лекарства.

Ссылка: http://izvestia.ru/news/660665

О жизни и смерти, о телесной терапии, Гордон и Баскаков
Ф С Перлз
psychologist_yu
Интересная и впечатляющая беседа Гордона и Баскакова:


He-She-Ze или Он-Она-?
Ф С Перлз
psychologist_yu
Итак, he-she-ze. А как у нас в России?

По законам сумасшедшего дома

Адвокат Анатолий Кучерена — о том, почему тоталитарная идеология политкорректности насаждается структурами агрессивных меньшинств в Европе

Недавно мне попалась на глаза статья индийской журналистки Амрит Диллон в газете The Times of India. Она пишет: «Сталинистская полиция мыслей вновь обозначила свое присутствие, тираня нас своими эдиктами. К сожалению, даже Оксфордский университет не устоял перед ее напором. Там запретили использование местоимений he (он) и she (она), вместо которых предписывается использовать ze, поскольку использование неправильных местоимений может оскорбить студентов-трансгендеров». Кроме того, как утверждается в статье, студенты-трансгендеры потребовали, чтобы местоимения «он» и «она» не использовались также на лекциях.

Как выяснилось, речь пока не идет о категорическом запрете, а только о предложении. Оно, однако, получило горячую поддержку активистов ЛГБТ-сообщества. Один из самых известных из них — Питер Тэтчелл заявил: «Речь идет... о признании факта смены пола и уважении права людей не определять себя как мужчина или женщина. Местоимение ze дает им возможность обдумать и взвесить данную возможность».

Подобные идиотические правила собирается установить и Кембриджский университет. Ранее британская пресса сообщала о выходе в свет инструкции для учителей, школьников и их родителей, в которой рекомендуется избегать местоимений «он» и «она», а также слов «мальчик» и «девочка», поскольку они содержат «потенциальную угрозу» обидеть трансгендеров.

Иными словами, во имя дурно понятых интересов крайне немногочисленной группы лиц с серьезными психическими отклонениями подавляющее большинство граждан должно отказаться от своего языка, а по сути дела — и от сложившихся веками традиций и культуры. В самом деле, как рассказывать студентам о любви Ромео и Джульетты, если и тот, и другая — ze?

Разумному человеку, чьи мозги не промыты идеологией «политкорректности», подобные начинания кажутся бредом сумасшедшего. Однако они распространяются по всему миру быстрее, чем в Средние века распространялась эпидемия чумы. В университете Лейпцига все профессора независимо от пола будут именоваться «господин профессорша», а студенты — «господин студентка». Делается это якобы для того, чтобы исключить дискриминацию по половому признаку. В американских университетах разворачивается кампания против явления, которое там называют «токсичной мужественностью». Мол, мужчина не должен демонстрировать присущие ему мужские черты — мускулистую фигуру, силу, отвагу, готовность к риску. При этом утверждается, что «самые губительные слова, которые могут слышать мальчики с раннего детства, это «будь мужчиной». Если дело так пойдет дальше, мужчинам, вероятно, будет предложено добровольно пройти процедуру кастрации.

Всячески насаждается идея о том, что процентное соотношение мужчин и женщин среди преподавателей и руководящего состава университетов, сотрудников лабораторий и исследовательских центров должно быть примерно равное. Опять же любопытно, соблюдается ли это правило там, где ведутся разработки новейших видов вооружений и других проектов, от которых жизненно зависят безопасность и могущество государства.

Профессор физического факультета Хьюстонского университета Марк Зальцберг приводит такой пример: «Мой друг, профессор английской литературы, получил инфаркт после шестимесячного разбирательства жалобы ополоумевшей студентки-феминистки, усмотревшей в его комментариях к Шекспиру «сексизм». Что это такое — никто в Америке толком не знает, но, как и в любом идеологическом случае, важно не знание, а правильная реакция. И все знают, что сексизм — это плохо».

Иными словами, речь идет о принудительном насаждении тоталитарной идеологии. Ее авторами, как и в случае всех других тоталитарных идеологий, являются люди, которых американский психолог Эрик Хоффер называл true believers — «истинно верующие». Это фанатики, которые видят мир не таким, каким он является в действительности, а таким, каким он «должен быть» в их извращенном сознании. При этом, как показывает исторический опыт, такие идеологии крайне заразительны и легко завладевают сознанием огромного числа людей. Иначе невозможно объяснить такие явления, как «охота на ведьм» позднего Средневековья, кровавые безумства пуритан в эпоху гражданских войн в Англии и во времена диктатуры Оливера Кромвеля, якобинский террор в период Великой французской революции, массовое истребление людей по классовому и национальному признакам коммунистами и нацистами.

Английские левеллеры, отцы-основатели США и авторы Декларации прав человека и гражданина 1789 года во Франции, утверждали, что «люди рождаются свободными и равными в правах». С этим можно согласиться. Однако президент США Барак Обама не устает повторять, что «люди рождаются равными». Это неверно. Люди рождаются неравными — по своим физическим данным, способностям, талантам. Попытки искусственно уравнять их или сделать вид, что все люди во всем равны, бесплодны и опасны.

В классической антиутопии Рэя Бредбери «451 градус по Фаренгейту» одной из причин, по которой государство уничтожает книги, является то, что содержание некоторых из них способно обидеть те или иные меньшинства. Признаться, когда в юности я читал эту книгу, такое казалось совершенно неправдоподобным. Но самые мрачные пророчества имеют свойства воплощаться в жизнь. Сегодня в США и других странах находятся люди, которые предлагают переписать классические произведения, если там, например, имеются слова «негр» или «негритянка» или встречается намек на осуждение гомосексуальных отношений.

Дело дошло до полного абсурда. Как сообщает британская газета The Telegraph, студенты Лондонского университета потребовали отменить изучение наследия таких мыслителей, как Платон, Декарт и Кант на том основании, что они были белыми, и заменить их философами из Африки и Азии. В заявлении студенческого союза на этот счет говорится о необходимости «деколонизировать» университет и покончить со «структурным и гносеологическим наследием колониализма». В статье отмечается, что университет будет вынужден пойти навстречу требованиям студентов. Как здесь не вспомнить Оруэлла: «В невежестве — сила!» Фактически же под лозунгом борьбы с расизмом насаждается самый оголтелый расизм, а заодно уничтожается объективная реальность, которая подменяется «политкорректным» бредом.

Язвительный критик социализма граф Алексей Константинович Толстой так писал о подобных «уравнителях»:

Весь мир желают сгладить

И тем внести равенство,

Что все хотят загадить

Для общего блаженства!

Тоталитарная идеология политкорректности насаждается структурами гражданского общества, точнее, крайне агрессивными меньшинствами, которым никто не решается возразить, поскольку это чревато большими неприятностями.

Все это, однако, не имеет ничего общего с принципами либеральной демократии, как ее понимали создатели данной концепции. Демократия предполагает уважение прав меньшинств, но отнюдь не их тиранию. Неудивительно, что в США победу на президентских выборах одержал вопиюще «неполиткорректный» Дональд Трамп, а в Европе набирают силу партии, выступающие за возвращение к традиционным ценностям. И дело здесь вовсе не в «подрывной российской пропаганде», как ежедневно утверждают ведущие западные СМИ. Просто людям осточертело жить по законам сумасшедшего дома, которые ежедневно навязывают здоровому большинству ошалевшие от вседозволенности «гражданские активисты».

Автор — профессор, доктор юридических наук, член Общественной палаты РФ.

Ссылка: http://izvestia.ru/news/660030

Леонид Кроль (часть2).
Ф С Перлз
psychologist_yu
Продолжаем. Леонид Кроль "Промискуитет в культуре потребления".

Леонид Кроль - коуч, тренер, бизнес-консультант, к. м. н., профессор МП Высшей школы экономики. Управляющий партнер проекта Incantico. Директор Института групповой и семейной психологии и психотерапии. Президент НФ КЛАСС.

Леонид: Муза, так почему все-таки вышел из моды секс?

Муза: Это сложный вопрос, однозначного ответа у меня нет.

Леонид: Но Вы думаете, что это так?

Муза: Мне это откликается, но я не понимаю, что именно… Потому что для меня секс вечно в моде.

Леонид: И для меня…

Муза: Я бы даже сказала, он для меня сверхценен.

Леонид: В прошлом еще поколении секс был сверхценностью. Конечно, всегда были такие, которые говорили «нет, и не надо», но это скорее поза.

Муза: Мне недавно в руки попалась книжка по бизнес-тематике. Автор развивал мысль о том, что все продается на сексуальной энергии: вкладываешь секс - получаешь деньги и успех. Может быть, сейчас социальные процессы превалируют? То есть секс вкладывается в социальное? А еще секс стал доступен. В то время, когда я была подростком, был менее доступен, а потому больше ценился. Получается, иногда проще быть без секса, чем так дешево кому-то его предлагать.

Леонид: У Пастернака есть такие стихи: "О мальчик мой, и ты, как все, забудешь/ И возмужавши, назовешь мечтой/ Те дни, когда еще ты верил в чудищь?/ О, помни, без них любовь ничто", - про подростковый трепет и тайное ощущение «то - не то, получится - не получится, как я буду выглядеть, как она, куда девается любовь». Потому что когда из секса уходит тайна, он становится легко доступным – он очень быстро начинает девальвироваться. Все-таки самой физиологии заложено гораздо меньше, чем какой-то тайны, неожиданности…

Муза: Когда делаешь то, чего никогда не делал, есть, чему удивляться - много энергии появляется и удовольствия. Современный «мальчик» уже все видел, все пробовал, его ничем не удивишь в сексуальном плане. Может быть, поэтому и «не модно»…

Леонид: Когда я прочел, что «секс – не модно» я подумал, что от многого избавился, но буду держаться до последнего за то, чтобы секс был ценностью. Но я даже не столько про секс в чистом виде… а про тайну встречи, тайну улыбки, тайну какого-то перемигивания, ощущение начала, волны, холодка на коже. Каждое такого рода ощущений мелкое, но если не сыграть каждую ноту, то не будет потом мелодии, потока, который понесет.

Муза: А как вам идея сравнения любви-долга и любви-страсти? Может ли страсть являться основой для длительных стабильных отношений?

Леонид: Это частности. У меня другой образ любви. Любовь – это большая местность, и там есть и буйный поток, и тихое журчание, и ленивый полусон рядом. Это некое место, где можно бродить, а можно обойти быстро.

Муза: То есть дело в скорости?

Леонид: Тут есть несколько оппозиций. Одна из оппозиций: «увлечься-разочароваться».

Муза: Почему это происходит?

Леонид: Типаж такой у человека – нарциссический.

Муза: Поскольку сейчас это происходит часто, повсеместно, то получается, речь идет о распространении нарциссизма в культуре?

Леонид: О культивации. Мир как никогда культивирует потребление. Ему нужны новые продукты. Машины лет 15 назад делали, чтобы они долго служили. Сейчас большинство продаваемых предметов, в том числе услуг, делаются для более быстрого устаревания – морального, не физического. То есть вещь становится скорее знаком, чем вещью. И такая культура, когда англичанин носил ботинки по 20 лет и гордился, что это одни и те же ботинки, совершенно ушла. Человек покупает себе ботинки каждые полгода, и не одни. Маркетинг такой.

Муза: Это переносится на отношения?

Леонид: Да. «Увлекся – разочаровался» - это то, к чему человека тренируют постоянно. Если ты не хочешь увлечься и разочароваться, нужно некое противостояние к этому.

Муза: Есть люди, которые могут противостоять, а есть те, которые не могут. С ними можно как то взаимодействовать, строить отношения?

Леонид: Это сочетание типажа, то есть личностной предрасположенности, воспитания, и того, каким образом нас тренирует культура. Можно это им объяснять! Вообще с нарциссами труднее, чем с кем бы то ни было работать, как вы знаете. Но есть и другой тип – шизоидный. Он совершенно нормальный. Но человек подвержен расщеплениям. Да, хочу ее, но хочу и другую. Хочу его, но если бы у него был и еще такой нос… И так далее.

Муза: Когда я начинала исследовать тему промискуитета, я подумала, что если так много мужчин перебирают женщин, значит они находят в этом что-то для себя ценное, ресурсное?

Леонид: Конечно. Почему мужчина среднего возраста заводит себе любовницу? Ему наскучивает постоянная партнерша или жена. И чаще всего мужчина думает про себя: чтобы с женой все было хорошо, нужно где-то заряжаться. Он спит сегодня с любовницей, а завтра с женой, потому что когда у него нет любовницы, то и с женой не получается, не хватает остроты.

Муза: Промискуитет – это все-таки не любовница, это не меньше 5 разных женщин в год. В этом может быть ресурс для мужчины?

Леонид: Когда у мужчины большое количество женщин, он с какого-то момента начинает терять. Мне кажется, что промискуитет – как все равно, что ездить на 5 машинах. У меня в Италии 2 машины. Мне было бы лень иметь 5 машин.

Муза: Это вы сейчас рассуждаете, как если бы эти 5 женщин были постоянны, и нужно было бы о них заботиться… в них вкладывать, а они же друг за другом… сегодня у тебя «Мерседес», завтра «Ауди», потом «Мазерати», потом «Гелендваген» - машины постоянно меняются. Мужчины считают, что при этом «Количество переходит в качество!» Так построена модель пикапа: приходит мальчик, у которого ничего не получается с девушками, и потом он получает опыт с одной, со второй, с третьей, с четвертой. Закрепляет какой-то навык и переходит на новый уровень. Дальше он опять закрепляет какой-то навык – и снова переходит на новый уровень.

Леонид: Вы видели этих пикаперов?

Муза: Да, подходят иногда (смеемся)

Леонид: Они же несчастные. Ни на какой уровень они не переходят на самом деле. Потреблять – не значит развиваться. Вот давайте на примере финансов. Знакомый мне типаж – «смотрящий». Его взяли наблюдать за денежным потоком, он взял себе четырех замов, а те наняли еще каких-то людей. Но что он из себя представляет? Учился в заочном институте, холодильном, мама завуч школы еще в советское время, папа работал на заводе, пил, родители друг с другом не разговаривали... Конечно, ему нужны две-три машины. Он скучает, ни на чем не сосредотачивая внимания. Он может с машины на машину пересаживаться – и при этом просыпается. Но сказать, что он при этом как-то развивается, нельзя. Это достаточно типичная картина. Есть люди, которые просто поставлены кому-то отнести чемодан с деньгами.

Муза: Но все-таки самооценку это как-то подкрепляет?

Леонид: Это не самооценка, это вялое неустроенное внимание. Он когда-то сосредотачивается, становится очень обаятельным, решительным. Но это короткие эпизоды. Он немножко «включается» в момент пересаживания с одной машины на другую. И гаснет через полчаса.

Муза: Вы говорите о том, что каждая новая партнерша обостряет чувство новизны, чувство жизни?

Леонид: Она не обостряет, она его включает. Дает ему на короткий момент ощущение: «Ах, меня опять выбрали!» А потом опять: «Я же обманул, я же устал! Из меня вышел воздух». Вы понимаете, это такое детское выхождение воздуха, капризному ребенку нужна новая игрушка. Реальных отношений не возникает вообще. Нет зрелости ни в одном поступке, если ее нет в самом человеке. Я не пытаюсь прочесть мораль, я реально вижу взрослых мужиков, которые пытаются путем промискуитета что-то достичь, и мне их просто жалко. Это как в анекдоте про китайцев, которые утром сажают картошку, а вечером выкапывают, потому что очень кушать хочется..

(Смеемся)

Муза: Многие из них очень сильно страдают. Влюбляются – и тут же понимают на второй-третий день, что чувств нет, они куда-то делись..

Леонид: Они не влюбляются.. Они просто воскрешают некое подростковое чувство, что для них в будущем все возможно. У них горизонт времени очень быстро иссякает. Есть акт возбуждения и включения настоящей жизни – он их оживляет. Но на самом деле при нормальной зрелости этот акт возбуждения происходит еще ярче с постоянным партнером или партнершей..

Муза: То есть по сути они такие потребители…

Леонид: Они неумелые потребители, которые зажигают спичку и спичка гаснет на ветру. Они думают, что дело в ветре, а дело в привычке. Они не умеют этот огонек поддержать в самом себе.Они не умеют мелодию тянуть. Они издают звук, а потом хотят, чтобы кто-то его подхватил. Потребление дает возможность продления звука – на машине прокатить, на самолете.. Но все равно все тухнет.

Муза: А тут еще прилавок, и все доступно…

Леонид: Конечно. Для продавца это очень выгодно. Зарабатывай, и все тебе будет. У меня был недавно клиент, я его спрашиваю: «Зачем вам столько денег?» И он дал потрясающий ответ. Он умный парень. Говорит: «Ну, как зачем? Чтобы самому сумку в фитнес не собирать». Я ему говорю: «Руслан, а зачем вы летаете на Мальдивы и вывозите туда двух своих тренеров?» А он говорит: «Ну, как, я люблю в горы ходить. Один меня вверх тянет, а другой снизу толкает». И понимаете, это очень точный ответ. Он везет с собой двух тренеров, платит по 600 долларов за ночь каждого за номер. И когда он хочет пойти в горы, они его сумку несут, и улыбаются…

Ссылка: http://psypublic.com/articles/242/

Судьба человека
Ф С Перлз
psychologist_yu
Дэнни Трехо и история его жизни:

Дэнни Трэхо

История карьеры Дэнни Трэхо после тюрьмы и наркотической зависимости станет документальным фильмом.

Наконец-то Дэнни Трэхо расскажет свою личную историю жизни. Жёсткий парень с экранов участвует в производстве фильма «Заключённый #1: Восхождение Дэнни Трэхо». Документалка расскажет хронику его жизни: от ранних лет на улице и в тюрьме до избавления от наркотической зависимости и работы с такими режиссёрами, как Квентин Тарантино и Роберт Родригез.

Режиссёром фильма выступит Брэтт Харви (The Culture of High, Ice Guardians).

«Сегодня Дэнни скромный, великодушный и возможно один из самых вежливых ребят, которых вы можете встретить. Но он таким был не всегда» - говорит продюсер картины Адам Скоржи. «Он вырос на жестоких улицах Лос-Анджелеса в Калифорнии вместе со своим дядей, который был наркозависимым вооружённым грабителем. В двенадцать лет он уже попробовал героин. В пятнадцать он уже побывал в тюрьме. В двадцать три он был заключён под стражу в Сент-Квентин за продажу героина на $30 тыс. агенту под прикрытием».

Трехо удалось выжить в суровых тюремных условиях и поучаствовать в тюремном бунте, который он считает поворотным моментом в своей жизни. В минувшем августе актёр отметил сорок восемь лет своей трезвости и поговорил о своём переломном моменте:

«Мы крепко попали и нам светила газовая камера». - После бунта было несколько раненых тюремных охранников. – «И я помню, что попросил Бога: «Разреши мне умереть с достоинством. Позволь попрощаться. Если ты сможешь это сделать, я буду произносить твоё имя каждый день и делать всё возможное для своих ближних».

В итоге, актёра освободили год спустя, 3-его августа 1969 года, и он до сих пор держит своё слово перед Богом, ведя порядочный образ жизни и помогая подросткам из группы риска. На первых порах после освобождения Трехо работал тренером по боксу. В какой-то момент он тренировал Эрика Робертса для фильма «Поезд-беглец» 1985-го года. Это послужило важным шагом в его дальнейшей карьере в киноиндустрии.

Выход «Заключённый #1: Восхождение Дэнни Трэхо» ожидается в 2018-м году.

Текст: Geek's Project

Л. Кроль интервью
Ф С Перлз
psychologist_yu
Леонид Кроль. От сексопатологии и гаданий по руке - к психотерапии

"Я скрытый борец с вашей наукой! Гораздо интереснее просто влюбиться в человека и начать его понимать, чувствовать..," - поделился Леонид Кроль в интервью, которое прошло в виде дегустации блюд израильской кухни и приятной дружеской беседы о влюбленности, сексуальности и психотерапевтической культуре.

Леонид Кроль - коуч, тренер, бизнес-консультант, к. м. н., профессор МП Высшей школы экономики. Управляющий партнер проекта Incantico. Директор Института групповой и семейной психологии и психотерапии. Президент НФ КЛАСС.

Леонид: Муза, я из вашей публикации узнал, что секс уже не в моде. Поэтому разу немножко присмирел…

Муза: (улыбаюсь) Это комментарий к моей публикации о промискуитете. Она девушка заявила, что «секс больше не в моде», и ее поддержали…

Леонид: А почему вы этой темой занялись? Вас мужчины обидели? Это первый вопрос, который задают в соцсетях…

Муза: Нет (смеюсь)… они меня, конечно, обижали, но интерес к этой теме у меня возник намного раньше…

Леонид: Я начинал работать как сексопатолог в советское время. И источниками моего обучения были хождение к сексопатологу, гадание по руке…

Муза: Соотносите опыт работы сексопатологом с гаданием по руке?

Леонид: Все через запятую. Я искал способы подойти к психологии, развеять бродившие в народе мифы. А телесный контакт позволял почувствовать человека. Как ни странно, приходило очень много наитий. Например, я говорил: «Девушка, у вас брат есть, и он вот такой-то!»

Муза: ВЫ ГАДАЛИ ПО РУКЕ?

Леонид: Да, я гадал по руке.

Муза: Ничего себе!!! (смеюсь) Вот это да!

Леонид: Сейчас бы тоже стоило начать, потому что это ускоряет процесс понимания человека. Я вообще скрытый борец с вашей наукой… Мне кажется, всякие обобщения и измерения типа «средняя температура по больнице» очень сильно врут и уводят в сторону. Гораздо интереснее просто влюбиться в человека и начать его понимать, чувствовать, перекатывать из одной типологии в другую, пока не возникнет понимание…

Муза: Здорово, интересно, но это совсем по-другому.

Леонид: Вот да. Это не наука. Я когда-то тоже был мальчик, который стремился к науке. Я из научной семьи, все это я понимаю. Но как-то так вышло, что меня занесло в практику - и мне это безумно интересно. Такой момент перелома: ты вроде ничего не понимаешь – и вдруг начинаешь понимать человека, его язык… Научный язык – ближе к эсперанто, некий «кружковый» язык. А когда ты понимаешь язык конкретного человека – это другое ощущение. Я не пытаюсь свести вас с правильного пути…

Муза: Меня сложно свести с правильного пути (смеюсь). Вы начали говорить про сексопатологию, сексологию…

Леонид: У меня был знакомый, работал областным сексопатологом. Когда я учился третьем-четвертом-пятом курсах мединститута, он стал мне давать людей, и я начал работать психологически, психотерапевтически.

Муза: Люди приходили с запросами о сексуальной жизни?

Леонид: Люди приходили с разными вопросами… И очень скоро стало понятно, что на них вполне может отвечать студент третьего-пятого курса.

Муза: А с чем приходили?

Леонид: Со страхами. С возникшей ускоренной эякуляцией.

Муза: А страхи чего? Импотенции?

Леонид: Не обязательно. Некоторые приходили с претензией. Жена слышала, что половой акт длится два часа, а у него всего двадцать минут. Значит, ущербный! Значит, где-то был! Где был? И так далее по всей классике семейной психотерапии.

Муза: А к вопросу «секс не в моде» - приходят с такими запросами?

Леонид: Я практически не занимаюсь психотерапией сейчас. Я очень люблю группы, занимаюсь бизнес тренингами, иногда коучингами. Что касается психотерапии в чистом виде – я мало ей занимаюсь.

Муза: Одна из ваших групп называется «Власть. Деньги. Любовь». Эти понятия связаны?

Леонид: Нет, это про то, что имеет над нами власть, управляет нами. Привычки, характер, семья, род, наши предрассудки, которые мы себе утвердили. В американской концепции человек – творец собственного счастья, его сознание и воля могут все. На самом деле нами много что управляет. У одного человека есть сценарий, что денег должно хватать до зарплаты. У другого - что в нормальной семье денег должно быть на 20 процентов больше, чем у соседей, иначе не прилично. Или такой сценарий: надо доказать своим говнюкам-родителям, что я могу быть гораздо богаче. Вот такого рода драйвы притягивают обстоятельства. Моя задача – показать, что есть какие-то сценарные фрагменты, которые позволяют чему-то реализоваться. В группе я сканирую людей: «Когда ты говоришь, это говоришь ты, или кто-то из твоего рода, из твоей семьи? Из твоих привычек, из твоих фигур власти, из фигур цензуры?» Простыми конструктами я пытаюсь показать человеку, что он очень искусственное образование. Знаете, мне очень нравится, как один известный поэт сказал: «Он брал Берлин! Он, правда, брал Берлин,/ И врал про это скучно и нелепо..». Это про каждого из нас.. Мы все не столько из своего искреннего просеянного живем, сколько повторяем. Фальшивим, в общем. И мне кажется, если из человека убрать большое количество фальшивящих голосов, то возникает гораздо более чистый звук, и это очень многих лечит!

Муза: А как убрать наносное? Предположим, человек осознал, что это у него наносное…

Леонид: Прислушаться к себе, принять сами мысли, что, оказывается, то, что я говорю – это не я, а кто-то через меня. Отсюда и все, что с мной происходит. Можно быстро получить ответы на все вопросы. Человек начинает быстро двигаться, а я фасилитирую этот процесс.

Муза: В группе движение быстрее?

Леонид: Да (пауза)… Мне нравится работать с группами в разном виде! Мне нравится, когда группа бизнесовая, и в ней происходит воодушевление, анимация и элементы обращения к себе и психотерапии. А когда это люди, наоборот, с психодраматическим запросом, с ними нужно работать не столько психотерапевтически, сколько поведенчески, нечто планировать, нечто пробовать… Говоря вашим языком, интроверта сделать немножко экстравертом, а экстраверта интровертом. Мне нравится, когда я ничему не учу, а сами люди вспоминают то, что уже умеют! Например, есть категория людей, которые не читают бумаги, а смотрят, кому она написана и кем подписана. Они отвыкают есть гарнир, едят только главное блюдо…

Муза: То есть вы сейчас говорите о людях, которые на чем то фиксированы, и лишают себя разнообразия вкусов?

Леонид: (перебивает) Да, они зафиксировались. А с проблемной зоной работать легче, если сначала произвести расфокусировку.

Продолжение следует...

Ссылка: http://psypublic.com/articles/236/

"Сомы грамм - и нету драм!" (с)
Ф С Перлз
psychologist_yu
Светлое будущее по рецептам
ОЭСР рекомендует бороться за счастье населения не налогами, а антидепрессантами
ОЭСР и несколько ведущих европейских институтов проводят в Парижской школе экономики конференцию "Происхождение счастья: исследования и последствия решений". Будет обсуждаться один из самых популярных вопросов последнего времени к экономистам — как связаны рост ВВП, неравенство и политическая сфера с субъективными ощущениями "счастья", измеряемого индексами ОЭСР и ряда других структур с 1961 года. Пока работы, опубликованные к конференции, констатируют, что неравенство и счастье мало связаны друг с другом. Самый же эффективный способ борьбы за счастье — рост инвестиций в здравоохранение и, в частности, в профилактику и лечение депрессий и тревожных расстройств.

Двухдневная конференция, посвященная "индексам счастья" и сферам экономической науки, работающим с субъективной удовлетворенностью населения различных стран, организована ОЭСР, Лондонской школой экономики (LSE) и Парижской школой экономики (PSE) в Лондоне 12-13 декабря. Основная задача конференции — дискуссия об общих подходах к определению "счастья" (happiness) в профильных работах экономистов и анализ современных подходов к экономической политике, направленной на рост субъективной удовлетворенности населения собственной жизнью. ОЭСР впервые занялась этой темой в 1961 году в связи с проблемами образования, с 2008 года тема особенно популярна — во всем мире проведено более 30 крупных университетских конференций на стыке поведенческой экономики, макроэкономики, социологии и политических наук, ОЭСР проводила крупную европейскую конференцию на ту же тему летом 2014 года.

Открыл конференцию в Лондоне Джеффри Сакс из Колумбийского университета, вчера прошла дискуссия с участием чиновников правительств Германии, Франции, Великобритании, ОАЭ, Канады и Новой Зеландии. Сегодняшний день посвящен презентации новых исследований в этой сфере из семи стран. На конференции выступили авторы, как предполагается, будущего бестселлера — книги "Происхождение счастья": Эндрю Кларк из PSE, Сара Флейч, Джордж Уорд и Ричард Лайяр из LSE и Наттау Поудтави из бизнес-школы Warwick опубликуют ее в 2017 году.

Презентации участников конференции пока демонстрируют достаточно нетрадиционный взгляд экономистов на проблемы "субъективного счастья". Так, работы Джорджа Уорда 2015 года опровергают устоявшийся взгляд на влияние безработицы на субъективную удовлетворенность населения: де-факто она с 1970 года не существует для большинства стран. Британские социологические исследования серии BHPS и сходные работы в США и Австралии (HILDA и BRFSS) показывают, что среди стандартных измеряемых "экономических" факторов, влияющих на показатели "счастья" в разных странах, уровень дохода не главный. Более него на самоощущение населения влияют и в негативную, и в позитивную сторону ситуация с социальным партнерством, состояние здоровья и состояние психического здоровья; сильно уступают уровню дохода по влиянию на ощущение счастья в стране уровень образования и уровни преступности. То, что уровень экономического неравенства прямо не связан с субъективным счастьем (в среднем он обеспечивает не более 2% изменений "рейтингов счастья"), показано еще в 1970-х годах. Тогда же обнаружено важное исключение из этого правила — рост "рейтингов счастья" достоверно коррелирует с ожиданием будущего роста ВВП, но в развитых экономиках (США, Западная Германия, Австралия, Великобритания) этот эффект не работает (т. н. парадокс Истерлина). Россию по этому параметру можно считать достаточно развитой экономикой, ни рост ВВП, ни историческое изменение параметров неравенства на "рейтинги счастья" для России в известных исследованиях не влияли.

Предлагаемые рекомендации экономистов, обсуждаемые в Лондоне, также нетривиальны. Большая часть работ, представленных на конференции ОЭСР, обсуждает необходимость борьбы с депрессиями и психическими расстройствами как наиболее недорогой и крайне эффективный способ увеличивать "рейтинги счастья". Расчеты авторов книги "Происхождение счастья" предполагают, что в пересчете на одного человека в Великобритании, чтобы достичь одного и того же эффекта для "индекса счастья", борьба с бедностью будет обходиться правительству страны в £180 тыс. в год, улучшение системы здравоохранения — в £100 тыс., активная политика на рынке труда - в £30 тыс., расширение терапии депрессии и тревожных расстройств — в £10 тыс. При этом психиатрическая борьба за счастье будет иметь долгосрочные последствия. Работы LSE, представленные на конференции, демонстрируют, что на длинном отрезке времени наиболее сильные внутрисемейные факторы, влияющие на будущее субъективное счастье молодого человека,— это агрессивные методы воспитания, наличие депрессий у матери (депрессии главы семейства имеют гораздо меньшее значение), влияние семейного дохода существенно слабее.

Работы конференции повлияют на рекомендации ОЭСР своим странам-участникам. Напомним, РФ ведет переговоры о присоединении к ОЭСР.

Дмитрий Бутрин
http://www.kommersant.ru/doc/3169452

Интересные и спорные рассуждения о поколении Z
Ф С Перлз
psychologist_yu
О поколении Z рассуждает Анна Варга:

Представителям поколения Z пока не больше 16 лет, но уже сейчас «цифровые» дети вызывают у родителей удивление и тревогу. Почему гаджеты заменили им книги, стоит ли опасаться интернет-зависимости, как возникает синдром дефицита внимания? Об этом рассказывает кандидат психологических наук, член правления Общества семейных консультантов и психотерапевтов, академический руководитель магистерской программы «Системная семейная психотерапия» НИУ ВШЭ, член IFTA (Международная ассоциация семейных психотерапевтов), член EFTA TIC (Тренинговый комитет Европейской ассоциации семейных психотерапевтов) Анна Варга.

Какие проблемы волнуют современных родителей?

Проблемы разные, но суть одна — потеря контакта с ребенком, отсутствие взаимопонимания и сложности с контролем. Так было во все времена, но сейчас, может быть, это ощущается острее, потому что родители и дети принадлежат не только к разным поколениям, но и к разным коммуникативным системам. Дети уже полностью в компьютерном мире, а родители еще иногда грешат книгами.

Что же делать? Заставлять детей читать?

Нет, конечно. Не будут они читать. И заставлять их бессмысленно, только приведет к ссорам. В истории человечества периодически происходит смена коммуникативных технологий. Это естественный процесс, просто сейчас мы находимся в самом его начале. Поменялась сенсорная модальность — дети уже не читают, а смотрят. Во время чтения вы должны воображать, то есть представлять все то, о чем читаете. А когда вы смотрите, воображение не нужно. Сигнал идет непосредственно в затылочную кору головного мозга, это другое восприятие. Дети уже ­принадлежат к новой коммуникативной культуре. Максимум, что могут сделать родители, — читать сами, пользуясь тем, что детям нравится находиться рядом. Или давать им аудиокниги.

Что вы понимаете под коммуникативной культурой?

Представители Торонтской школы теории коммуникаций считают, что коммуникативные технологии определяют тип культуры и менталитет людей. Например, человек Средневековья отличается от представителя Нового времени, у них разная картина мира и ценности. Сознание зависит от устройства социума, все-таки мы социальные животные. А социум определяется тем, как люди взаимодействуют друг с другом. Появление нового способа коммуникаций всегда ведет к серьезным изменениям в личности, культуре и обществе. Исследователи выделяют три стадии развития коммуникаций — устную, письменную и аудиовизуальную. Так, в Средневековье люди использовали для общения речь и слух, здесь главное — понимать язык друг друга. И в этом обществе не было детства как социальной категории. Лет с пяти, как только ребенок встал на ноги, научился разговаривать, он становится полноценным членом общества. Его кормят и одевают как взрослого. Он еще будет расти, станет сильнее, но никаких скидок ему уже не делают.

Когда же появилось детство в современном понимании?

Концепция взрослости и детства появилась благодаря изобретению книгопечатного станка. Грамоте человек должен сначала научиться, и этот информационный разрыв разделил людей на тех, кто мог получать информацию из книг, и тех, кто не умел этого делать. Ребенка уже не воспринимали как маленького взрослого, его стали воспитывать специальным образом. Чтобы стать взрослым, ребенок должен был приложить усилия, а ответственность за выращивание и воспитание детей лежала на родителях. В обществе сложились определенные представления, что такое хороший ребенок, хороший родитель, чему надо учить ребенка, за что его можно бить, за что награждать. Почитайте, например, роман Фрэнсис Бёрнет «Маленький лорд Фаунтлерой», там про это много написано. Так продолжалось более 300 лет.

А что происходит с детством сейчас, в информационную эпоху?

Мы постепенно отказываемся от воображения и переходим на зрительный регистр. Зрительному восприятию не нужно учиться, соответственно, детство вновь исчезает, как и взрослость. Исчезли общепринятые стандарты, что такое хороший ребенок и чему его надо учить. Объем знаний настолько вырос, что никто не в состоянии запомнить все, что человечество накопило к настоящему моменту.

Видимо, поэтому родители школьников жалуются на синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) — дети не способны сосредоточиться, не могут, как раньше, усваивать информацию большими кусками.

Это не совсем так. Просто школа не дает информацию в том виде, в каком ее может усвоить ребенок.

То есть это проблема не конкретного ребенка, а школы?

Конечно. Школа не готова приспосабливаться к современному ребенку и к тому типу общества, в котором ему придется жить. В школьников по-прежнему запихивают объем информации, а сегодня надо учить компетенциям, трекам, по которым ребенок сможет добывать знания сам. Продвинутые учебные заведения не заставляют ничего учить, они стимулируют дискуссии, используют игры, онлайн-образование, дети готовят доклады и презентации. Синдром дефицита внимания — это следствие того, что современный ребенок попал в щель между старым и новым поколением. И взрослые сейчас в большой тревоге по поводу детей и их будущего.

Тем не менее многие родители требуют успеваемости, а дети в результате теряют всякий интерес к учебе.

Школа требует произвольного внимания, а ребенок не готов произвольно внимать — он сегодня захвачен экраном телевизора, компьютера или смартфона.

Значит, надо отнимать у детей гаджеты?

Нет. Детей нужно учить, опираясь на их непроизвольное внимание. Это объективная данность, и вы ничего не сможете с этим сделать. Видимо, когда придут учителя из нового поколения, они уже будут пользоваться новыми методами и учить детей правильно. А пока ребенок вынужден учиться в системе, которая не приспособлена к его способу восприятия и коммуникации. Каждый день из семьи он выходит в какой-то другой мир, инобытие, поэтому родителям придется ему помогать. Школа, кстати, прекрасно понимает, что не справляется, поэтому дает задания не столько для ребенка, сколько для его родителей.

Домашние задания — отдельная тема. Даже взрослые не всегда способны в них разобраться. Это нормально?

Дело не в заданиях, а в том, что школа пытается подтягивать семью к решению школьных проблем. Надо правильно к этому относиться.

Правильно — это как?

Быть на стороне ребенка, помогать ему с учебой и уповать, что, пройдя через довольно бессмысленные школьные годы, он найдет свой интерес и научится развивать произвольное внимание.

Выходит, надо забыть о хороших оценках в школе?

Если родители будут бороться с ребенком дома, учителя — в школе, то его ждет не только СДВГ, но и тяжелая невротизация, потеря познавательной мотивации. Дети — это маленькие марсиане, сегодня именно они идут на острие прогресса, поэтому мир должен приспособиться под них. Сейчас предыдущие поколения ничего не могут дать последующим. Лет через 10—20 эта щель между поколениями закроется, но пока нам будет очень трудно.

Что еще отличает современных детей и подростков от их родителей в том же возрасте?

У нынешних детей социализация происходит в интернете, тогда как родители в их возрасте общались лично.

Дети сейчас почти не гуляют, дворы пустые. Откуда взяться личному общению?

Взрослым мир кажется очень опасным, но это не значит, что он реально опасен. Вне школы современные дети общаются лично разве что летом, когда их берут в поездки или отправляют в лагеря. Или если они занимаются командными видами спорта. Но им больше нравится общаться онлайн. Не стоит этому ужасаться. То, что вы не понимаете своего ребенка, — нормально. Он будет лучше понимать своих детей.

Интернет тоже бывает опасен.

Раньше родители переживали, что ребенок до ночи пропадает на улице, связался с плохой компанией. Сейчас психологическим аналогом стал интернет. Конечно, должен быть родительский контроль, какие-то ограничения. Можно поставить фильтры, договориться с провайдером, чтобы в ночное время не было интернета.

Проблемы возникают и в онлайн-общении. Помните историю мальчика Степы? Друзья смеялись над его страничкой в соцсети, называли маленьким. Тогда мама Степы попросила знакомых «полайкать» его страничку и картинки динозавров. И Степа вдруг стал мегапопулярным. Мама поступила правильно?

Конечно, правильно, детям надо помогать. Мама воспользовалась коммуникациями, которые необходимы ее ребенку. Родители всегда вмешивались, если у детей не складывалось общение, просто раньше помощь была в другой форме. Мама приглашала друзей ребенка домой, угощала вкусненьким, папа предлагал поиграть в футбол. Сегодня можно с ребенком обсудить, как украсить свою страничку в интернете, красиво выступить. И потом, интернет-сообществ сейчас огромное количество, можно вместе поискать подходящее.

В соцсетях дети нередко используют мат. Что с этим делать?

Родители и учителя от этого в ужасе, я и по своим внукам знаю. Но запретами ничего не добьешься. В юном возрасте многие употребляли обсценную лексику, но между собой. А теперь дети общаются в соцсетях, и родители могут все это прочитать. Подростки пытаются поднять свою популярность, и обязательно находится кто-то, кто начинает использовать мат. Как к этому относиться? Спокойно. Вообще, общение в интернете довольно жесткое, потому что оно во многом анонимное.

Многие дети часами сидят в онлайне. Как распознать интернет-зависимость?

Если вы видите, что ребенок не расстается с гаджетом, а если его отобрать, впадает в ярость или отчаяние, это уже зависимость. Грозный признак, когда ребенок не выходит из комнаты, ­входить к нему нельзя, а еду надо оставлять под дверью. Пора обращаться за профессиональной помощью. Если же он ходит в школу, справляется с учебой, общается с родными, а в остальное время сидит за компьютером — ничего страшного, это теперь нормально.

Вряд ли родители смирятся с тотальным увлечением ребенка компьютером.

Могу им только посочувствовать — у них будет трудный родительский путь. Знаете, есть выражение «родители — это люди, которые дают мне карманные деньги». Так вот, родитель — это тот, кто может приласкать, утешить, поддержать. В интернете ребенок этого не найдет. Будет неправильно, если вместо поддержки мы начнем учить, упрекать, орать и наказывать.

Чему еще должны научиться родители «цифровых» детей?

Отказаться от собственных амбиций. Тип культуры изменился, и наши знания детям не пригодятся. Но мы можем помочь эмоционально. Подкорковые зоны мозга развиваются медленнее, чем кора, поэтому эмоциональное функционирование ребенка, как и взрослого, не меняется — мы чувствуем так же, как и первобытные люди. Ребенку пригодится психическое здоровье, которое дети получают в семье с высоким психотерапевтическим потенциалом. Это семья, где люди спокойны, проводят время вместе и поддерживают друг с друга. Так создается эмоциональная опора, которая важна для ребенка.

А что вы думаете о наказаниях —стоит ли их применять?

К наказаниям современные дети мало восприимчивы. Потому и надо выстраивать с ребенком эмоциональную связь, чтобы дистанция в этой зоне создавала у него дискомфорт, страх потери эмоциональной теплоты. Это главный рычаг. Других уже нет никаких.

Дети из обеспеченных семей сегодня имеют все, что пожелают. Как в этих условиях мотивировать ребенка на достижения?

Это сложный вопрос. У меня есть клиенты, которые выросли в бедных семьях и стали богатыми, они хотят, чтобы их дети тоже имели мотивацию и страсть к успеху. А детям, естественно, ничего этого не нужно. Чтобы был интерес, надо создавать так называемый развивающий дискомфорт.

Что это такое?

Нельзя исполнять желания ребенка по первому требованию — потребности должны сформироваться. Не стоит лишать ребенка гаджетов, потому что он существует в цифровом мире, но заваливать его всем остальным необязательно. Начиная с определенного возраста, ребенок может сам зарабатывать. И надо давать ему такую возможность, иногда даже требовать. В обществе, где деньги давно заработаны, так и поступают. Не важно, богатые у тебя родители или бедные, на каникулах все идут подрабатывать.

Неужели обеспеченные российские родители готовы на это?

Да. Мы детально обсуждаем программу, где и как заработать ребенку. Хочет получить последнюю версию телефона — пусть потрудится. Некоторые дети работают в компаниях своих родителей, у родственников и знакомых, иногда выполняют домашнюю работу. Даже маленький ребенок может помочь бабушке, загрузить и разгрузить посудомойку, сделать бутерброды маме с папой. Ребенок должен усвоить идею обмена — я от вас получаю, если, в свою очередь, тоже даю вам что-то.

А как научить ребенка ставить цели и достигать их, если его ничего особо не интересует?

Цели возникают, если есть потребность в чем-то. Нужен дефицит. Дети сейчас поздно взрослеют, потому что у нас теперь нет детства и нет взрослости. Если бы не армия, которая многих дико пугает, то стоило бы оставить своего ребенка в покое. Если он не знает, чем заняться по окончании школы, — пусть поработает, потом поймет. И надо еще в школе пробовать разные возможности. Не сложилось с футболом — бросай, иди на робототехнику. Не понравилось — ищем дальше. Смотрите, куда ходят друзья вашего ребенка. Мальчики обычно редко чего-то хотят, а с девочками проще — по крайней мере, им хочется быть вместе с по­дружками. И еще многое зависит от педагога или тренера.

Представителей поколения Z намного больше, чем их предшественников, «игреков». Видимо, их ждет более жесткая конкуренция за место под солнцем, придется толкаться локтями?

Это так. Другое дело, что новые коммуникативные технологии смягчают ситуацию. Такого количества людей с высшим образованием, зарабатывающих головой, обществу не нужно. Но в интернете они все равны, у всех есть возможности делать здесь бизнес и зарабатывать.

Сегодня родители сражаются за лучшие школы и вузы. Разве кто-то из них смирится с тем, что ребенок останется без высшего образования?

Это не дело родителей, они — уходящие поколения. Или, как говорит один мой коллега, «это все навоз». Надо ориентироваться на детей, а не на родителей. Если ребенок не сдаст ЕГЭ или не осилит высшее образование, значит, у него будет другая судьба. И как-то она сложится. Надо объяснить ребенку, что главное — найти дело по душе. А все остальное он сам сделает.
Ссылка: http://hbr-russia.ru/biznes-i-obshchestvo/fenomeny/a18445/

?

Log in